Сури Патил (дев. Мамдани)

fc: simone ashley
Возраст
31 (15.07.1949)
Статус
чистокровна, Хогвартс, Гриффиндор 1967
Род занятий
сотрудник Комитета по выработке объяснений для магглов - сейчас временно не работает из-за рождения дочек;
помогает мужу в управлении семейным пабом "Прыгающий горшок";
член Ордена Феникса
Особенности
Сури - южноиндийская тамилка с темно-оливковой кожей и длинными черными волосами. Одевается по британской моде с небольшими акцентами-напоминаниями о своей культуре: она часто украшает прическу цветами и носит по несколько золотых браслетов на каждом запястье .
Семья и происхождение
Семьи Мамдани и Четтиар перебрались в Британию почти одновременно из южной Индии, и родители Сури родились уже в графстве Суррей. Старшее поколение семьи говорит на тамильском языке. В семье Сури говорят больше на английском.
[indent]
Анджали и Равик Мамдани - бабушка и дедушка с отцовской стороны, чистокровны; живут в Уолтон-он-Темз, графство Суррей. Дедушка Мамдани был дипломатом в индийском Министерстве магии, позднее - в посольстве индийского ММ в Британии, бабушка не работала.
[indent]
Лакшми и Суреш Четтиар - бабушка и дедушка с материнской стороны, чистокровны; живут в Кенбридже, графство Суррей. Суреш Четтиар приехал в Британию в юности и всю жизнь работал в Совете по выработке торговых стандартов; Лакшми Четтиар изучала травологию и до сих пор работает на дому, поставляя магические травы и коренья и настои из них индийской магической диаспоре.
[indent]
Киран Мамдани - отец, чистокровный; целитель в Отделе отравлений травами и зельями в больнице св. Мунго, живет в Кенбридже, графство Суррей
Тара Мамдани - мать, чистокровная; до замужества проходила обучение в больнице св. Мунго, после замужества оставила работу и помогает своей матери в выращивании магических трав и кореньев, часть которых наверняка вызвала бы интерес Министерства, знай они о их наличии. Живет в Кенбридже вместе с мужем и младшей дочерью.
[indent]
Рия Мамдани - младшая сестра, чистокровная, 20 лет; стажер в больнице св. Мунго, живет с родителями.
[indent]
Паван Патил - муж, чистокровный, совладелец и шеф-повар в "Прыгающем горшке"
Падма и Парвати Патил - дочери-близняшки, чистокровные
История персонажа
strange - kris bowers feat. hillary smith
Сури идет спать позднее всех в доме, только после того, как проверит, спят ли дочки, и заглянет в свой небольшой садик в углу кухни.
Она, не глядя, зачерпывает несколько сухих лепестков желтой календулы из деревянной шкатулки - шкатулка никогда не пустеет, для Сури это вопрос чести, - и поджигает их концом волшебной палочки, опуская оранжево-бурые лепестки на глиняную тарелочку только когда огонь почти подбирается к пальцам.
Сури тихо проскальзывает в спальню и ложится, прислушиваясь к дыханию Павана; она знает, что он не спит, и благодарна ему за то, что он продолжает притворяться.
[indent]
[indent]
Долгое время - единственный ребенок, Сури рано выучилась оправдывать возложенные ожидания. Её хвалили, ей даже хвастались: не по годам ответственная и взрослая девочка, больше папина дочка, чем мамина. Семья Мамдани жила традициями и историей; не смотря на то, что к рождению внучки они уже полвека жили в Суррее, никто не посмел бы сказать, что они стали слишком английскими и забыли свои корни. Все это зато можно было сказать про семью Четтиар - загадка, кто организовал брак для отпрысков так непохожих семей. Было похвально соблюдать традиции и уважать порядки отцовской семьи больше, чем материнской. Сури, сколько помнила себя, балансировала между двумя культурами и двумя семьями. Страх оказаться слишком экзотичной сосуществовал со страхом осуждения за недостаточную традиционность, и Сури шла по этой тонкой границе с гордо поднятой головой: так легче не смотреть по сторонам и не потерять равновесия.
[indent]
[indent]
Сури поступила в Гриффиндор, и Шляпа приняла это решение мгновенно, едва коснувшись ее головы. Она стала старостой своего факультета и школы; на пятом курсе аккуратно отвечала на вопрос декана о дальнейшей карьере, что работа в Министерстве выглядит достаточно отвечающей ее интересам. Её гриффиндорская отвага заканчивалась ровно там, где начинались ожидания семьи от старшей дочери. Сури успокаивала себя тем, что травология, в которой она демонстрировала такие успехи, будет сопутствовать ее жизни так или иначе: это идеальное занятие для замужней женщины, в статусе которой она должна когда-нибудь оказаться.
[indent]
[indent]
В девятнадцать Сури влюбилась, и внезапно появившиеся чувства испугали её больше, чем она готова была признать. Тихая, почти невидимая со стороны влюбленность была железной рукой заперта внутри, где Сури с достоинством пережила поднявшуюся бурю. В доме ее родителей чувства были не вспышкой, а ровным огнем, и ее собственная жизнь была должна повторить все, как по трафарету. Он работал в соседнем отделе, как-то невпопад смеялся, отвечал на вопросы до того, как Сури успевала задать их до конца, и навряд ли понимал, как камень за камнем разрушает тщательно выстроенный порядок ее мира. Никто не запрещал ей отвечать взаимностью или делать первый неловкий шаг навстречу, чтобы проверить - не приняла ли она вежливость за симпатию. Сури закончила все сама ещё до того, как что-то началось: аккуратно повернула ключ в замке и убедила себя, что дверь всегда должна была оставаться закрытой. Она понятия не имела, как два человека могут перейти от чужих к близким, и не была расположена давать себе права на ошибку.
[indent]
[indent]
Орден Феникса занял место в ее жизни так естественно, словно она всегда одного только и ждала - найти дело, в правильности которого не нужно было убеждать даже саму себя. Её чистота крови никогда не поставила бы её саму под удар, и, казалось бы, сражаться ей не за что - но Сури слишком хорошо знала, каково это - доказывать свое право принадлежать месту, которое всегда было твоим домом. Она продолжала автоматически выполнять всё, чего от нее ждали, чего она сама от себя ждала: работать на должности достаточно высокой, чтобы родители ей гордились, но достаточно неамбициозной, чтобы никто не решил, будто она забыла о вещах, которые должны были быть важнее карьеры. Когда поздним вечером Сури возвращалась домой и садилась рядом с матерью в теплице, без слов продолжая начатую ей работу с цветами - которой никогда не было видно ни конца, ни края, - то чувствовала себя почти счастливой. "Немного работы прибавилось", - уклончиво отвечала она, если родителям приходило в голову поинтересоваться долгим рабочим днем в Министерстве. Это было почти что правдой: работы прибавилось, и под длинными рукавами домашнего платья почти всегда укрывались следы этой работы - тонкие линии порезов, ожоги от неудачно отраженных заклятий и ссадины, которые мать принимала за последствия очередной пересадки особо капризного растения. Сури никогда не исправляла её ошибку. В конце концов, руки действительно страдали из-за тех, кого она пыталась сохранить.
[indent]
[indent]
Вопреки ожиданиям, которые Сури возложила на себя, никто не торопился выдавать её замуж. Семья, казалось, относилась к этому вопросу с куда большим спокойствием, чем сама Сури, пока старшее поколение наконец не напомнило всем, что некоторые вещи не должны откладываться бесконечно.
Когда на её руки наносили свадебные мехенди и красно-коричневые росчерки хны сами находили путь по коже, пряча среди цветов календулы и тонких линий старые символы защиты, любви и долгого счастья, Сури с неожиданным облегчением поняла, что ее жизнь в конце концов возвращается в понятное русло. Щемящее чувство, слишком похожее на сожаление, она оставила без внимания: не каждое чувство в её жизни заслуживало быть рассмотренным.
[indent]
[indent]
Паван Патил был подходящим выбором: хорошая семья, хорошая репутация и достаточно совпадающих ожиданий, чтобы это казалось не началом новой жизни, а естественным продолжением старой. К тому же Сури уже знала его - или была уверена, что знала. Она помнила Павана из Ордена: целителя с уверенными руками и достаточно крепкими убеждениями, чтобы рисковать за них собственной жизнью. Она не знала только, почему к их свадьбе от этого человека осталась лишь вежливая тень за стойкой семейного паба.
Сури почти не осуждала его решение - но каждый раз, глядя на мужа, не могла заглушить мысль о том, что имеет на это право. В ее мире человек не мог оставить дело, в которое верил, только потому, что однажды продолжать стало больнее, чем остановиться.
Впрочем, Паван оказался идеальным спутником для жизни, которую она себе нарисовала: достаточно близким, чтобы быть мужем, и достаточно далёким, чтобы не требовать ничего, чему она не могла дать название. Сури не ждала от него невозможного — и была благодарна, что и он, казалось, не ждал этого от неё.
Их свадьба и первая брачная ночь были хорошо отрепетированным танцем, где оба повторили знакомые шаги, но ни разу не посмотрели друг другу в глаза. Завершение древнего свадебного ритуала требовало закрепить новый союз не только магией и клятвами, но и чем-то куда более земным; и даже необходимость разделить постель с человеком, которого она почти не знала, Сури приняла с тем же спокойным достоинством, с которым принимала всё, что считала неизбежным. В конце концов, правила всегда были легче чувств: их можно было принять, выполнить и не размышлять над ними больше необходимого.
[indent]
[indent]
Рождение дочерей стало первым событием в жизни Сури, к которому она оказалась совершенно не готова. Не потому, что она сомневалась в своем желании быть матерью: это всегда было частью будущего, которое она видела перед собой так же ясно, как фамилию мужа после свадьбы или собственное отражение в зеркале. Просто никто не предупредил её, что любовь может быть такой хаотичной. Невозможно было предугадать каждый плач, заслужить каждую улыбку или защитить их от всего мира одной только силой собственного желания. Чувства, которые принесли с собой дочери, были такими же всепоглощающими, как когда-то в девятнадцать, но впервые Сури не хотелось запирать их внутри и настороженно ждать, когда всё пройдет. Она всё ещё не умела жить среди беспорядка, но впервые в жизни что-то, не поддающееся контролю, не хотелось немедленно привести в порядок.
[indent]
[indent]
Министерство она оставила - временно, разделив свое внимание между детьми, помощью мужу и Орденом Феникса. Орден стал единственной частью ее жизни, которую Сури позволила своему мужу увидеть по-настоящему, и то, что он однажды закрыл эту дверь с другой стороны, задевало её куда сильнее, чем она была готова признать. Настоящей причины его ухода из Ордена Сури не знала - но отсутствие объяснений никогда не мешало чувствам появляться там, где она не оставляла для них места. И каждую ночь она возвращалась к Павану, а каждое утро продолжала выбирать жизнь, которую когда-то себе нарисовала.
[indent]
[indent]
С утра она встанет раньше всех, следуя внутренним часам, потом приготовит чай масала - достаточно для двоих, - и выпьет его в одиночестве перед тем, как исчезнуть в вихре домашних забот. Еще совсем немного времени, обещает она сама себе, и исчезновение будет более эффектным - в зеленом пламени камина, который вернет ее назад в загробное спокойствие Комитета по выработке объяснений для магглов. После обеда она оставит дочек у свекров в их квартире под пабом, выпьет традиционный вечерний чай со свекровью - один из немногих моментов, когда Сури позволит себе выдохнуть и улыбаться, - затем приготовит ужин и спустится вниз, чтобы вежливо поздороваться с мужем, и поможет ему в "Прыгающем котле", потому что так положено делать.
И вечером снова обожжет пальцы об огонек на тонких острых лепестках календулы.
Возможно, не самая захватывающая жизнь, но по крайней мере Сури с ней в согласии: всё так, как должно быть. Всё так.
Артефакты и навыки
Навыки: бытовая магия - все, что помогат готовить еду и держать дом в чистоте;
травология и зельеварение - практикует разведение магических растений и приготовление настоев из них, как делают ее мама и бабушка. Земля под пальцами Сури всегда отвечает богатым урожаем, но сама она упорно считает травологию своим незаслуживающим слишком пристального внимания хобби, и выращивает совсем немного видов трав.
боевая магия - Сури участвует в боевых операциях Ордена Феникса, обладает хорошей реакцией и достаточной сосредоточенностью, чтобы в бою отразить несколько заклятий одновременно.
Артефакты и зелья: старая глиняная лампа дийя, привезенная из Индии бабушкой Четтиар, подарок на первую годовщину свадьбы. Пламя в лампе никогда не гаснет и изменяет цвет, отражая состояние домочадцев: ровное и золотистое - когда дом наполнен спокойствием, дрожащее и красно-оранжевое отражает конфликт или напряжение, холодно-синий и почти погасший огонек укажет на опасность или недобрые намерения. Сильная любовь или радость в доме дийя отражает почти солнцеподобным светом, заполняющим всю комнату. В доме Патилов лампа почти всегда светит ровным, красно-золотым цветом.
деревянная шкатулка, наполненная сушеными лепестками желтой календулы - цветком, который отгоняет тьму. Сури сжигает несколько лепестков у входной двери каждый день, когда семья уже спит - для удачи и защиты.
Дополнительно
Основной персонаж
Связь
указан у Руквуда