Кингсли Роланд Шеклболт

fc: rege-jean page
Возраст
30 (13.12.1950)
Статус
чистокровен, хогвартс, гриффиндор (1968)
Род занятий
аврор, ОФ, лесная ячейка. Поддерживает Министерство в Эдинбурге
Особенности
серьга - маленькое золотое кольцо в левом ухе
Семья и происхождение
Шеклболты поколениями живут в Херефордшире, недалеко от Ледбери. Входят в список Священных 28.
Всего пару поколений назад заботы о чистой крови были куда более ощутимыми; в последних поколениях почитателей исключительно чистой крови стало гораздо меньше, и у Кингсли есть даже полукровный кузен и дядя, который не был женат еще разве что на русалке.
[indent]
Роланд Шеклболт - отец, чистокровный. До событий последних полутора лет работал в Министерстве и заседал в Визенгамоте.
Элинор Шеклболт (Яксли) - мать, чистокровна. Не работает.
Лайонел Шеклболт - дядя, брат-близнец отца, младше на несколько минут. Живет в Америке, занят преимущественно женщинами. Чистокровен.
Селестина Уорбек - единственная бывшая супруга Лайонела, которую признают в семье; известнейшая певица, достояние магического мира, мать Луи Шеклболта и любимая тетя Кингсли; полукровна.
Луи Шеклболт - кузен, один из близких друзей, полукровен. Тоговец артефактами.
История персонажа
I'm only human, after all.
Кингсли - поздний и единственный ребенок в семье. Родители никогда не проводили с ним особенных разговорах о том, в какое специфическое положение они поставили своего единственного сына, но Кингсли и без этого неплохо улавливал детали, слишком подробные для мальчишки. Например, что он не имеет права быть посредственным. Не имеет права слишком сильно рисковать собой, но и трусом быть тоже не может; не имеет права опозорить фамилию, выбрать откровенно неподходящую партию или однажды решить, что продолжение рода — проблема кого-нибудь другого, тем более что никого, кроме него, для этого в будущем Шеклболтов не предполагалось. Никто не произносил этого вслух, и именно поэтому все эти правила казались особенно неоспоримыми. Как то, что к каждому Рождеству прадед Амброуз Шеклболт продолжит появляться на своем портрете в невесть откуда взявшейся бумажной короне, фамильное серебро будет появляться на столе, а Кингсли не посрамит семью.
[indent]
Он, впрочем, не рос задавленным ожиданиями: родители любили его слишком сильно и слишком долго ждали, чтобы превращать детство сына в подготовку наследника. Просто вместе с любовью ему очень рано досталось ощущение собственной незаменимости. Если он ошибался, ошибался не только Кингсли; если с ним что-то случалось, у семьи не оставалось запасного варианта. Кингсли довольно быстро научился сначала смотреть, потом действовать, просчитывать последствия чуть дальше большинства сверстников и относиться к собственным желаниям как к одному из факторов задачи, но далеко не всегда к решающему.
[indent]
Единственным человеком, который последовательно демонстрировал ему существование альтернативного способа быть Шеклболтом, был младший брат отца — семейная чёрная овца, человек, которому каким-то образом удавалось переживать неодобрение родственников, собственные скандалы и очередную женщину совершенно без видимого ущерба для здоровья. Кингсли в детстве смотрел на него примерно как на запрещённый эксперимент: с искренним интересом и твёрдым намерением никогда не повторять. Уже значительно позже он понял, что кое-чему всё-таки научился именно у этой ветви Шеклболтов - дяди и кузена Луи: не путать чужие ожидания со своими обязательствами.
[indent]
Кингсли — гриффиндорец, которому всегда было слишком шумно в общей гостиной и который искренне презирал мёртвое спокойствие библиотеки. Он довольно скоро понял, как будет лучше всего: самому решать, когда присоединиться к шумной компании, а когда без всякого чувства вины из неё уйти. Кингсли довольно выраженный интроверт, но каким-то образом почти всегда оказывается в окружении людей, которые хотят с ним разговаривать, спорить, пить и проводить время. Для него все получилось идеально: никого не приходится искать самому, а близким друзьям всегда можно сообщить, что он от них устал, и удалиться посреди разговора.
Кингсли не злоупотребляет этой привилегией - в конце концов, это невежливо даже с теми обалдуями, которых он знает с младых ногтей, но все же приятно иметь такую возможность.
[indent]
В школе был активным участником Дуэльного клуба. Показывал себя исключительно хорошо во всем, кроме дуэлей с Амелией Боунс, которую не удавалось победить ни единого раза. До того, пока однажды не выяснилось, что всё это - из-за их волшебных палочек-сестер, переживал абсолютно бессердечное поддразнивание ото всех вокруг и на третьем курсе пропустил целый месяц, чтобы показать, что утверждение что он якобы влюбился в Амелию и поддается ей, не имеет под собой никакого обоснования.
Он влюбился, но это не суть.
[indent]
Карьера аврора не была первой, которую Кингсли рассматривал; на самом деле его выбор был довольно случайным. На обязательной консультации для пятикурсников профессор МакГонагалл не терпящим пререканий тоном сообщила, что Шеклболт и его отличные результаты экзаменов должны выбирать с толком, а не хватать первую попавшуюся популярную карьеру. Кингсли, который к тому моменту уже успел заметить, что взрослые особенно любят давать советы в тех случаях, когда сами не обязаны иметь дело с последствиями, пообещал подумать.
[indent]
Он и подумал — главным образом о том, чем точно не хочет заниматься. Сидеть в Министерстве за столом казалось медленной разновидностью смерти, целительство требовало совершенно неприличного количества терпения, а большинство приличных по меркам чистокровных семей профессий имело неприятное свойство заранее объяснять человеку, кем он станет через двадцать лет. Аврорат обнаружился почти в конце списка и заинтересовал Кингсли именно тем, что ничего такого не обещал. Там предполагалось достаточно бегать, думать, драться, врать людям в лицо и понимать, когда они делают то же самое в ответ.
[indent]
Особенно ему понравилось, что работа имела дело не с красивыми формулировками, а с последствиями. Можно было сколько угодно рассуждать о законе, порядке и общественном благе, но в конце обычно оставался конкретный человек, который испугался, разозлился, захотел власти или решил, что правила написаны не для него. Кингсли всегда было интереснее понять этот момент, чем выслушивать речь о том, каким человеком кто-нибудь себя считает.
[indent]
В Орден Феникса его несколько лет спустя снова привела МакГонагалл, что Кингсли счёл некоторой иронией: однажды она уже выбирала для него карьеру, теперь, видимо, решила заняться и незаконной общественной деятельностью. На этот раз согласился он значительно быстрее.
К тому времени Кингсли окончательно перестал верить, что справедливость возникает сама собой из правильно написанных законов. Он видел слишком много законных решений, после которых кому-то становилось страшнее жить, и слишком много порядочных людей, которые выполняли приказ именно потому, что приказ существовал. В Ордене его привлекала сама идея, что если система однажды перестаёт защищать людей, это ещё не освобождает остальных от обязанности попытаться.
[indent]
С каждой новой перестановкой в находящемся на военном положении Министерстве становилось чуть больше чрезвычайных полномочий, чуть меньше вопросов и всё больше людей, уверенных, что обстоятельства дают им право перестать задумываться о средствах. Когда Крауч добился разрешения применять непростительные заклятия, Кингсли обнаружил себя во вполне определённой, хотя преимущественно молчаливой оппозиции. Сам он применять их отказался категорически. Не потому, что считал себя нравственнее тех, кто согласился, и не потому, что не понимал, как люди до этого дошли. Просто существовали вещи, которые он не хотел однажды научиться делать легко.
[indent]
Кингсли никогда не считал, что собственный отказ даёт ему право требовать того же от остальных. Он может спорить об этом до глубокой ночи, может считать чужие решения ошибкой и совершенно искренне надеяться, что друзьям из аврората никогда не придётся проверить на практике, насколько легко второй раз произнести заклинание, которое однажды уже сработало.
Его совесть распространяется всегда прежде всего на самого Кингсли. Он достаточно рано усвоил, что убеждённость в собственной правоте — ещё не полномочие распоряжаться чужой, и в годы, когда вокруг становилось всё больше людей, готовых решать за остальных ради их же блага, это различие все еще кажется ему особенно важным.
Артефакты и навыки
Навыки: сильный дуэлянт, уверенно владеет боевой и защитной магией; вызывает телесного Патронуса - рысь; владеет окклюменцией на достойном уровне; интересуется маггловской культурой, один из выпускных экзаменов, сданный на Превосходно, был экзаменом по маггловедению.
Питомцы: большой длинношерстный кот темно-серого окраса и неясного происхождения по кличке Министр; ведет себя так, как будто это он подобрал Кингсли в лондонском переулке пять лет назад,а не наоборот.
Палочка: бук и волос единорога, 13 дюймов
Дополнительно
Основной персонаж
@Wayne Rookwood
Связь/заявка
звоним вейну